ЖИЗНЬ

Какое настроение улиц Днепра в последние октябрьские дни

«Читатель мой, я надоел давно. Но все же посоветую одно: когда придет октябрь — уходи, по сторонам презрительно гляди. Кого угодно можешь целовать, обманывать, губить и блядовать, до омерзенья, до безумья пить, но в октябре не начинай любить». Именно так описал октябрьскую пору поэт минувшего века — Иосиф Бродский.

И правда, октябрь не предназначен для любви и чувства эйфории, его осенняя тоска больше подходит для апатии и самокопания. Хочется глубоко вдыхать свежесть первых заморозков, расслабиться и медитировать, вглядываясь в плавно опадающие желтые листья. Информатор прошелся тропинками уставшего города и готов показать вам его томную красоту в стихах.

Октябрь нам несёт осеннюю прохладу. Дожди холодные без спроса входят в моду.

Октябрь нам несет осеннюю прохладу. Дожди холодные без спроса входят в моду.

Октябрь приходит в тишине, Не столько в город, сколько в дом; Я в доме чувствую своем, Как осень тянется ко мне.

Октябрь приходит в тишине. Не столько в город, сколько в дом. Я в доме чувствую своем, как осень тянется ко мне.

Пришел октябрь. Поднес под кроны Свой факел – вспыхнули леса. Одна сосна огнем зеленым Смеется осени в глаза.

Пришел октябрь. Поднес под кроны свой факел – вспыхнули леса. Одна сосна огнем зеленым смеется осени в глаза.

Октябрь окунулся в тень, Луч солнца туча застилает. Унылый дождь встречает день, Вновь осень крылья расправляет.

Октябрь окунулся в тень, луч солнца туча застилает. Унылый дождь встречает день, вновь осень крылья расправляет.

Осень. Сказочный чертог, Всем открытый для обзора. Просеки лесных дорог, Заглядевшихся в озера.

Осень. Сказочный чертог, всем открытый для обзора. Просеки лесных дорог, заглядевшихся в озера.

Я понимаю, что вокруг Моментов радужных немало, Но придавило сердце вдруг – В капкан тоски оно попало.

Я понимаю, что вокруг моментов радужных немало, но придавило сердце вдруг – в капкан тоски оно попало.

Я бы свитером твоим стал. Согревал тебя каждый день. Если сердце грызет тоска, Разыщи меня И надень.

Я бы свитером твоим стал. Согревал тебя каждый день. Если сердце грызет тоска, разыщи меня и надень.

Держите небо на плечах, Сгибая спину в дуги. Найдя опору в мелочах, Не опускайте руки!

Держите небо на плечах, сгибая спину в дуги. Найдя опору в мелочах, не опускайте руки!

Не делайте из сердца рудимент. Храните в нём всё самое родное. И берегите каждый компонент, Пока оно действительно живое.

Не делайте из сердца рудимент. Храните в нем все самое родное. И берегите каждый компонент, пока оно действительно живое.

У каждого в жизни свои маяки, Свои путеводные звёзды. Но тем, кто однажды уплыл за буйки, Назад возвращаться не просто.

У каждого в жизни свои маяки, свои путеводные звезды. Но тем, кто однажды уплыл за буйки, назад возвращаться не просто.

Обнимайте любимых людей, Без особых на то причин. Можно стать в сотню раз сильней, Лишь поверив,что ты не один.

Обнимайте любимых людей, без особых на то причин. Можно стать в сотню раз сильней, лишь поверив,что ты не один.

Я желаю тебе добра. В тверди сердца вулканы спящие. На планете полно людей, Но не все из них Настоящие.

Я желаю тебе добра. В тверди сердца вулканы спящие. На планете полно людей, но не все из них настоящие.

Разве нужно для счастья много? Мне вот кажется, что чуть-чуть. Каждый сам выбирает дорогу, Чтоб на встречу ему шагнуть.

Разве нужно для счастья много? Мне вот кажется, что чуть-чуть. Каждый сам выбирает дорогу, чтоб на встречу ему шагнуть.

Возвращайся ко мне скорее, В гавань полную теплых дней. Заплетается в небо синее Клин космических кораблей.

Возвращайся ко мне скорее, в гавань полную теплых дней. Заплетается в небо синее клин космических кораблей.

На остановке поют ветра: "Иди! Уходи! Вставай!", туманы до десяти утра. В измороси трамвай, и город, североглаз и твёрд, стоит, травинку жуя, но, знаешь, - он тебя очень ждёт. И в нём тебя жду я.

На остановке поют ветра: «Иди! Уходи! Вставай!», туманы до десяти утра. В измороси трамвай, и город, североглаз и тверд, стоит, травинку жуя, но, знаешь, — он тебя очень ждет. И в нем тебя жду я.

Звенела музыка в саду Таким невыразимым горем. Свежо и остро пахли морем На блюде устрицы во льду...

Звенела музыка в саду таким невыразимым горем. Свежо и остро пахли морем…

Это абсурд, вранье: череп, скелет, коса. «Смерть придет, у нее будут твои глаза».

Это абсурд, вранье: череп, скелет, коса. Смерть придет, у нее будут твои глаза.

С высоты ледника я озирал полмира, трижды тонул, дважды бывал распорот. Бросил страну, что меня вскормила. Из забывших меня можно составить город.

С высоты ледника я озирал полмира, трижды тонул, дважды бывал распорот. Бросил страну, что меня вскормила. Из забывших меня можно составить город.

Октябрь — месяц грусти и простуд, а воробьи — пролетарьят пернатых — захватывают в брошенных пенатах скворечники, как Смольный институт. И воронье, конечно, тут как тут.

Октябрь — месяц грусти и простуд, а воробьи — пролетарьят пернатых — захватывают в брошенных пенатах скворечники, как смольный институт.

Кровь моя холодна. Холод ее лютей реки, промерзшей до дна. Я не люблю людей.

Кровь моя холодна. Холод ее лютей реки, промерзшей до дна. Я не люблю людей.

Ночь, улица, фонарь, аптека, Бессмысленный и тусклый свет. Живи еще хоть четверть века - Все будет так. Исхода нет.

Ночь, улица, фонарь, аптека. Бессмысленный и тусклый свет. Живи еще хоть четверть века — все будет так. Исхода нет.

И я в моём тёплом теле лелеял глухую лень. Сонно звенят недели, вечность проходит в тень.

И я в моем теплом теле лелеял глухую лень. Сонно звенят недели, вечность проходит в тень.

И в пролет не брошусь, и не выпью яда, и курок не смогу над виском нажать. Надо мною, кроме твоего взгляда, не властно лезвие ни одного ножа.

И в пролет не брошусь, и не выпью яда, и курок не смогу над виском нажать. Надо мною, кроме твоего взгляда, не властно лезвие ни одного ножа.

Как у вас все просто господа: Поскучал — и враз нашел замену. Вам что спирт, что талая вода - По одно колено.

Как у вас все просто господа: поскучал — и враз нашел замену. Вам что спирт, что талая вода — по одно колено.

Мой Бог уходит от меня... Да будет тих мой Дом. Да будет час любого дня Ползти теперь с трудом.

Мой Бог уходит от меня… Да будет тих мой Дом. Да будет час любого дня ползти теперь с трудом.

Тоска о прошлом — непосильный крест. Не страшно, что мы больше не близки; Я знаю слишком много разных мест, Где можно позабыться от тоски.

Тоска о прошлом — непосильный крест. Не страшно, что мы больше не близки. Я знаю слишком много разных мест, где можно позабыться от тоски.

Если пусто в душе — значит время сменить маршрут. Запиши в голове разборчиво, без чернил: Если любят тебя — обязательно подождут, Если счастье придет — значит ты его заслужил.

Если пусто в душе — значит время сменить маршрут. Запиши в голове разборчиво, без чернил: если любят тебя — обязательно подождут, если счастье придет — значит ты его заслужил.

Ранее мы показывали, как выглядит самая старая аптека в Днепре. А также рассказывали историю здания областного совета.

Маргарита Лазурина

Фото: Денис Чубченко

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

© 2007-2018 Информатор - Региональное интернет-издание.
При полном или частичном использовании материалов сайта ссылка
на сайт интернет издания dp.informator.ua как источник информации обязательна.

Наверх

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: